Стихийница для герцога - страница 7
– А в твой? Это вторая твоя победа за год из тридцати с лишним. Результат, прямо скажем, так себе. Да и в чём радость выиграть по количеству заклинаний в цепи? В жизни так оценивать не будут.
– Это ты от зависти! – Лина презрительно скривилась. – Можем поспорить, что ты у меня больше никогда не выиграешь!
– А можем и поднос тебе на голову уронить, если не посторонишься, – рявкнул Бар, подходя к нашему столику.
– Не надо мне угрожать! Дракон ещё называется! Никаких манер.
– Отчего же? – деланно удивился Бар. – Я это сделаю предельно вежливо. Даже помогу подняться, буду извиняться и в конце поклонюсь.
– Деревенщины! Сразу видно, что ни роду, ни племени. И из унылого Заовражья приволоклись.
– Ну да, – хмыкнул Бар. – мы из Заовражья, а «приволоклись» говорит нам столичная фифа. Ты давай, дефилируй мимо, чтобы не приобрести ещё пару сотен просторечий. Потом не отмоешься в пустых светских беседах. Так и будут тебя звать деревенщиной.
Лина вздёрнула нос кверху.
– А вот это правда! С такими, как вы дворнягами, можно и блох нахвататься. Приятного аппетита, деревенские неудачники!
Линн резко развернулась, чтобы юбка взметнулась выше. И под восторженные перешёптывания двинулась к столику подружек-дворянок возле преподавательского.
Бар уселся рядом, но глаз с Лины не спускал.
– Вот это тебя зацепила новая юбка Линн, – съязвила я.
– А? Что? – задумчиво спросил Бар, а когда повернулся ко мне, продолжил, – да нет же. С ней что-то не то. Что тебе говорила Линн?
– Да обычное. Что я деревенская, а она из столицы. Что завидую её успеху. И что она больше не даст мне выиграть.
Дракон задумчиво переставлял тарелки с подноса на стол. С благодарностью посмотрел на салат с огненным соусом. Я радостно улыбнулась Бару. Но и потом, когда мы начали ужинать, он то и дело, бросал взгляды в сторону Линн.
Мне было неприятно. Мало того что эта посредственность как-то смогла у меня выиграть. Так ещё и угрожала. Разумеется, она была не такой умной и много времени тратила на пустую болтовню.
Но вот её слова меня насторожили. Не то, чтобы я боялась конкуренции. Училась с Линн много лет и знала все её приёмчики. Но в её глазах и голосе было что-то по-настоящему пугающее. И очень личное.
– Странная она сегодня, – резюмировал Бар, словно вторя моим мыслям.
– Наглая. Словно сам король пообещал ей протекцию и артефакт удачного завершения в придачу.
– Точно. Чувствую, плохо это пахнет.
С этими мыслями мы молча уткнулись в тарелки. Но предчувствие, что у Линн есть какая-то тайна, не отпускало.