Особа с весомыми обстоятельствами - страница 2
Явно у меня сокращаются какие-то мышцы, или мозг голодал долго, пока я не утонула и не попала в преисподнюю. Иначе чем объяснить, что я выбрасываю вперед кулак, спасаясь от посягательства на девичью честь.
— Ых, — удивленно икает дьявольское отродье. Попала. Причем, видать, сильно, судя по тому, как гудит мой кулак. Интересно, у утопленников же не должно болеть? Но не перестает мне давить на грудь с ужасной силой. Словно пытается из меня выдавить...
Открываю глаза как раз в тот момент, когда из моего рта с кашлем выливается, кажется, тонна воды. Боже. Как же мне плохо. Чьи-то руки переворачивают меня на бок с такой легкостью, словно я не центнер вешу. Боже. Главное, чтобы юбочка у танкини не задралась.
— Вы кто? — хнычу, наконец собрав в кучу глаза. Черт, даже спасатели в этом гребаном отеле шикарны. Мужик в форменном жилете, распахнутом на груди, словно сошел с календаря. Ну того — с горячими австралийскими пожарными. Я как завороженная уперлась взглядом в кубики на его животе. В дорожку темных волосков, спускающихся от пупка вниз, к резинке чертовых плавок. О боже. Какой стыд. Какой позор.
— Жива, — хмыкает чертов спасатель. — Даже чересчур, судя по взгляду. Боже. О боже. Я сейчас лопну от крови, прилившей к лицу, и забрызгаю белоснежный песок дорогого пляжа. — Дышать можешь?
Не могу, блин. Но совсем не от того, что нахлебалась воды. Киваю, как болванчик, пытаюсь сесть. Боже, я ужасна. Юбочка, конечно, задралась. Обнажив мои белые, как сметана, бедра, слишком полные, ужасные. Снова краснею. Нос становится на лампочку похож. Ну почему я такая нелепая?
— Ты мне скажи, какого лешего ты полезла в воду? — щурится спасатель-спаситель. Господи, лучше бы я утонула, чем такой позор.
— Там, вообще-то, ребенок был. Девочка. Она кричала: Помогите. Она... А я плавать не умею. Но подумала, что смогу... А потом волна. И... Кстати, а где были вы в это время? — наконец прорезается у меня голос. — Почему отдыхающие должны вашу работу делать? А ну отойдите. Я вот сейчас пойду на рецепцию и такую телегу на вас накатаю. Я...
— Слушай, вообще-то... — ухмыляется этот оболдуй. Ну а как его еще назвать? Он пренебрег своими служебными обязанностями, а теперь пытается оправдываться. Я вскакиваю на ноги, одергиваю чертову тряпку. Киплю вся от негодования и огненного жара. Это точно солнце так палит.
— Никаких оправданий, — рявкаю я. Подтягиваю на талии сдувшийся круг в форме утенка, грустно повесившего клюв. — Вас уволят. И правильно сделают. Вот.
Я иду, гордо расправив плечи. Хотя абсолютно точно выгляжу сейчас уныло и похожа на какого-то персонажа гротескной комедии. И шапочка эта чертова на моей голове. Господи, ну зачем я ее купила, может мне кто-нибудь объяснить? Хватаю с шезлонга пляжную сумку, которая вот именно сейчас цепляется за шезлонг плетеной ручкой. И я тяну чертову торбу вместе с лежаком. И из нее вываливается всякая дрянь. Классно отдохнула. А ведь уже обед начался. Точно, обед. Мне срочно нужно заесть стресс. Мне нужно пирожное с масляным кремом и литр латте. И завтра я лучше уеду. Ну и пусть сгорит путевка. Я же ее все равно не покупала. Как пришло, так и ушло. Да, точно. Сегодня соберу вещи и...