Охота на Тигра 8. Зимняя война

– Кать. Тащи бутылочку с наливкой. И детей выгони на улицу, нам с Григорием Михайловичем пошушукаться нужно.

– Нет. – Жена упёрла руки в боки, ну, фигурально.

– Как так, нет? – опешил хворый Герой.

– У меня уже борщ сварился. Сейчас спокойно вам со сметанкой наложу по большой тарелке, хлебушек свежий Ванька принесёт, за «Бородинским» послала, и поедите, как положено, и выпьете не спеша. Наливка только кажется слабой. Я готовила, знаю, там больше двадцати градусов. Обязательно закусывать надо.

– Что, Григорий Михайлович, будете борщ? Катя знатный готовит. Травы всякие таёжные добавляет.

– Ну, если таёжные. – Пошевелил гитлеровскими усами, как кот командарм, – Да со сметаной. Тогда ладно. Тогда да.

Борщ удался, а чего, осень скоро, все ингредиенты уже поспели. Даже перец, якобы болгарский. Из Испании семена ведь привёз Брехт. Теперь Дворжецкий ему немного от щедрот выделяет.

Поели. Добавки попросили. Опять поели. Брехт продемонстрировал командарму новое изобретение артелей Дворжецкого – тостер. Так гитлероусый командарм всё селёдочное масло в доме приговорил. Пришлось его вытаскивать из-за стола чуть не силой.