Рассвет Жатвы

– Привет. Сгодится для чего-нибудь? – Я выставляю на стойку бутылку с самогоном. – Для сиропа от кашля, к примеру?

– Думаю, да. – Астрид платит щедро и добавляет веточку ромашки. – Возьми! Говорят, приносит удачу.

Я вставляю стебелек в петличку.

– Кто говорит? Бердок?

Она чуть краснеет. Уж не ошибся ли я насчет его шансов?

– Может, и он. Не помню.

– Удача нам всем сегодня не помешает. – Я выразительно смотрю на флаг в окне.

Астрид понижает голос:

– Мы не хотели его вешать. Миротворцы заставили.

Иначе что? Арестовали бы все семейство Марч? Разгромили магазинчик? Закрыли навсегда? Мне неловко, что раньше я их осуждал.

– Значит, пришлось. – Киваю на ромашку. – Тоже приколи себе куда-нибудь, ладно?

Она грустно улыбается и кивает.

Вхожу в соседнюю дверь кондитерской Доннеров и покупаю бумажный мешочек с разноцветными мармеладками – Ленор Дав их обожает, – чтобы полакомиться после Жатвы. Она называет их радужными конфетками и клянется, что чувствует каждый вкус по отдельности, хотя все они одинаковые. Мерили Доннер, моя одноклассница, обслуживает меня в накрахмаленном розовом платье и таких же ленточках в белокурых волосах. Сестричек Доннер за неряшливый вид точно не арестуют. К счастью, Астрид платит наличными, потому что Доннеры не принимают чеки, которыми платят шахтерам. По сути, их принимают лишь в капитолийском магазине; впрочем, чеки берут многие торговцы в городе, да и с моей ма тоже порой расплачиваются ими за стирку.