Забери мои страхи - страница 5
Шли недели и даже месяцы, а наш дом лишь наполнялся зловещей тишиной. Ситуация с буллингом в школе становилась хуже, а отец тем временем только сильнее меня отталкивал. Вечерами я почти всегда ужинала одна, но, если случалось, что он успевал прийти с работы вовремя, трапеза проходила в гнетущей тишине.
Мы были несчастной семьей, что уж тут скрывать. Хотя и жили под одной крышей, мы были совершенно чужими людьми. С каждым днем, по мере того как я становилась старше, это становилось очевидным. Ничего не менялось.
Мы стали двигаться в разных направлениях, и та связь, которая когда-то существовала между нами, исчезла навсегда. Хотя мне часто приходилось нелегко, я находила утешение в своих рисунках, которые создавала на скорую руку. Это занятие было для меня единственным источником радости. Моя мама была художницей и каждый раз, когда я прикасалась к карандашу или кисти, ее образ мимолетно возникал в моей голове, и мне казалось, словно она рядом со мной.
В какой-то момент я приняла свою жизнь такой, какая она есть, пока однажды не дошло до того, что по нашему дому начали валяться полупустые банки из-под пива. Именно тогда отец первый раз поднял на меня руку…
Мой дом должен был стать для меня надежным убежищем, где я могла бы найти защиту от всех своих невзгод и обрести умиротворение. Вместо этого, я почти все время сидела, запершись в комнате, боясь выйти и ненароком встретить своего отца.
Наступил настоящий кошмар. Мне казалось, что он начал сходить с ума, а я стала для него лишь объектом, на котором отец может выместить свою злость.
Он установил определенные правила, которым я должна была следовать. Долгие ежедневные тренировки, развитие ментальных навыков и занятия по самообороне стали неотъемлемой частью моей жизни. Отец требовал от меня безупречного проявления силы воли и обращался со мной как с одним из своих солдат на службе, а любое неповиновение наказывалось побоями. По жестокой иронии меня добил тот, кого я называла отцом. В его сердце больше не было места для жалости и доброты.
После всего, что мне пришлось пережить за эти годы, я часто задумывалась о том, почему не пыталась сбежать раньше? Мой отец превращал мою жизнь в настоящий кошмар, заставляя страдать и подчиняться его воле. Вокруг не осталось людей, которые могли бы утешить и дать ощущение тепла и близости.
От нахлынувших воспоминаний в груди поднялась новая волна гнева. Сейчас меня тяжело было назвать той маленькой девочкой, которая отчаянно нуждалась в отцовской любви. Теперь я была совершенно равнодушна к этому человеку, и каждый раз, когда я вспоминала о нем или искала новую информацию, в моей голове возникал лишь его бездушный образ.