Наше единственное лето

Я дар речи потеряла и тут же покраснела до неприличия, когда услышала это. Шустов снова улыбнулся краешком губ и, едва не задев меня плечом, пошел в сторону своего дома.

Я выбралась из-за остановки, сердясь на неудачно сложившиеся обстоятельства. В голове крутилась идиотская ситуация с трусливым бегством от встречи с Сашей и абсолютно нелепый разговор с Шустовым. Даже не знаю, что беспокоило меня сильнее.

– Элечка! – окликнула меня из сада бабушка. Я настолько погрузилась в свои мысли, что вздрогнула и чуть не выронила сумку с хлебом. – Саша пришел, ждет в твоей комнате.

На меня словно ушат холодной воды вылили! Я даже дышать забыла. Вот уж правду говорят – чего боишься сильнее всего, то и случится с тобой! Наскоро посчитав до десяти, в надежде успокоить взбунтовавшееся сердце, я шагнула в дом.

Саша сидел за моим учебным столом и листал найденный тут же «Гранатовый браслет».

Когда я вошла в комнату, он поднял на меня глаза и улыбнулся. Несмотря на то, что я так старательно избегала нашей встречи, от его улыбки у меня бабочки в животе запорхали.